August 29th, 2008

inchief

(no subject)

Самое страшное во всей ситуации, по-моему, заключается в том, что ровным счетом никого - ни следователей, ни прокуроров, ни опеку, ни судей, ни присяжных - так и не заинтересовал один очевидный вопрос: а любят ли друг друга мать и дочка. Для меня и для всех, кто знает нас, ответить на этот вопрос очень просто. Но если нам всем не верят, потому что мы все лица заинтересованные (конечно, мы очень заинтересованы в том, чтобы ребенок не остался сиротой из-за такой "заботы), можно ведь было обратиться к профессионалам?

Профессионалами бы здесь выступили семейные и детские психологи. Что характерно за 13 месяцев следствия, включившие в себя две психиатрические и одну психологическую экспертизу, никто из "раскрывших страшное преступление" не попытался поставить перед психологами вопрос об отношениях в нашей семье. Никто! Ни разу! Это ведь немедленно разрушило весь этот бред. Судья Самылина тоже сочла такие "неудобные" для обвинения подробности излишними.

В декабре 2007 года мы по запросу адвоката провели исследование с участием психологов РГГУ. Данное исследование не было приобщено к материалам дела следователем Пальчук, обжалование ее незаконного отказа приобщать этот документ к делу в суде ничего не дал, позднее судья Самылина также отказалась от этого документа как "не имеющего отношения к делу".

Ниже я привожу текст исследования, который я сохранил тогда для себя, передав оригиналы документа адвокатам:

Collapse )