Кирилл Мартынов (kmartynov) wrote in novgorod_delo,
Кирилл Мартынов
kmartynov
novgorod_delo

1. Мы никуда не бежим. Мы не крутые военные разведчики, мы просто семья, которая хотела жить счастливо. Наше счастье - это наш ребенок. Бегать с ребенком нельзя, бежать без ребенка мы не можем. Те, кто предлагает бежать, не только обрекают нас на разлуку, но и дают аргументы прокуратуре показывать на нас как на настоящих преступников. Соображения в духе "лучше 15 лет прятаться и бояться каждого шороха, чем 8 лет тюрьмы" весьма серьезны, но они упускают из вида нашу цель - остаться семьей, пока это возможно, пока есть хотя бы один шанс вернуться домой. То, чего на самом деле хочется сделать сейчас - это обнять жену, лечь и умереть вместе с ней здесь и сейчас. И она говорит, что так было бы лучше всего. Это не называется "опускать руки", борьба будет продолжаться. Но мир, в котором возможен такой вердикт присяжных, никогда не будет для нас прежним знакомым и спокойным миром. Мы верили людям, люди ответили нам бессмысленной, необъяснимой для нас жестокостью. Но и это желанная возможность избежать дальнейшего позора для нас закрыта, потому что мы нужны Алисе. Мы будем бороться за наше право быть с ребенком. Я спрашивал Тоню, что она хочет, чтобы я сделал. Она попросила позаботиться об Алисе. Я буду добиваться официального удочерения. Раньше я боялся отрицательной реакции на это предложение со стороны биологического отца, который должен был помочь или по крайней мере не навредить нам в процессе. Теперь это не имеет значения.

2. Те, кто обвиняет меня в том, что мои действия были неверными. Я согласен с вами. Однако полтора года назад среди людей, к мнению которых я мог прислушаться, не было ни одного, кто дал бы мне достаточно квалифицированный совет. Мне приходилось действовать так, как я считал правильным, и ответственность за это лежит на мне. Моя единственная цель - защита семьи. Мне не нужен был "пиар", мне нужно было, чтобы мои девочки вернулись домой. Когда старшая оказалась в тюрьме, я не нашел ничего лучшего, чем публично заявить об этом и просить помощи у СМИ. Пространства для поиска компромиссов с Колодкиным не было. Я разговаривал со всеми, кто предлагал какую-то помощь. Я никогда не работал в "администрации президента", в ФЭП я пришел, потому что меня позвал работать мой друг Алексей Чадаев, и я думал, что в этом будет польза для дела. Я не видел смысла оправдываться за свои поступки, но теперь уже все равно.

3. Еще раз: никаких новых доказательств в суде стороной обвинения представлено не было. Речь по-прежнему идет о словах мальчика, который видел руки матери, пытавшейся удержать свою дочь от падения. И еще есть "совокупность доказательств", которая представляют собой в основном видеозаписи похождений мальчика на лестнице с куклой в руках - "вот так она все сделала". Примерно то же самое, что он показывал в сюжете Дроздова. В суде было установлено, что мальчик прогуливал школу, намереваясь дождаться ухода на работу родителей своего друга - соседа матери Антонины, чтобы остаться у них в комнате. Установлено также, что мальчик пытался подговорить своего друга сказать, что тот тоже "все видел". Мальчик упорно, в соответствии с установкой Колодкина утверждает, что все манипуляции с ребенком на лестнице Тоня якобы проделывала правой рукой. Тоня левша, и присяжные это заметили. Мы очень радовались по этому поводу. Полтора десятка людей разного возраста и социального статуса сказали в суде, что Тоня хорошая, любящая, заботливая мать, что наш смысл жизни - это наш ребенок, что мы никогда не причиняли ему вреда. Именно это не укладывается в голове: если бы обвинение располагало хоть какими-то объективными доказательствами своей нелепой, нелогичной, абсурдной версии, вердикт был бы понятен. Но мы просидели три часа в столовой около суда в полной уверенности в том, что ад, в который превратили нашу жизнь, скоро закончится. Мы даже строили планы, выбирали Алисе подарки, говорили друг другу, как мы поедем втроем на море, а в сентябре поведем Алису в кружок рисования рядом с домом в Москве. Ад только начинался, и теперь я думаю о полутора годах следствия, унижений, как о счастливом времени для нас. Мы большей частью были вместе, несколько месяцев даже жили дома, у нас была надежда, и мы верили в свой день Победы. Моя жена - это мой друг, моя сестра, и я бесконечно благодарен судьбе за встречу с ней. За то, что она познакомила меня с дочкой и позволила стать ее отцом, за то, что у нас появилась семья и дом.

4. Общий тон этого текста связан не только с тем, что тем, что вердикт присяжных отменить будет очень сложно. Я постараюсь сделать для этого все, получить все нужные консультации, но пока это остается явно на усмотрение судей, которые будут рассматривать кассацию в Верховном Суде. Я просто не знаю, как можно жить в мире, в стране, где возможны такие судебные процессы и такие вердикты. Наш выбор в пользу суда присяжных был явной ошибкой, поскольку на эмоциях вокруг "страшного преступления" прокуратуре оказалось сыграть гораздо легче, чем действительно доказать весь этот абсурд. У судьи все еще есть возможность сохранить нам жизнь, не отнимать у нас с Алисой нашу маму. Знайте, что когда вы возвращаетесь с работы и вас встречают дома ребенок и жена, это то счастье, за которое я отдал бы все на свете. Его очень легко потерять.

5. Технически важный факт: я сейчас фактически безработный, если не считать преподавание, которое особых доходов никогда, конечно, не приносило. Все материальные ресурсы были сфокусированы на оправдании: я живу с Тоней и Алисой в Новгороде, стараюсь баловать их, сюда частично за мой счет приезжали свидетели защиты из Москвы, мной оплачивались услуги специалистов, которых суд отказался выслушать, примерно 70 тысяч рублей я должен здесь адвокатам. Я бы обязательно справился с этими пустяками, но теперь у меня как минимум в ближайшие недели не будет работы. И это только начало. Ради жизни жены мне придется просить о денежной помощи, от которой я отказывался все эти полтора года. Но главное, мне хотелось бы, чтобы ситуацию не удалось замолчать. Помогите в этом.

6. Сегодня у Алисы четвертый день рождения, и третий день рождения, который мы будем отмечать втроем. Фотография с тортиком была сделана ровно два года назад.

7. Ну, и как Тоня говорит, хотите что-то спросить - спрашивайте, если будет время, я буду отвечать. Дальше только информация о процессе.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 188 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →